Председатель Верховного суда Асанов: Лучше оправдать 10 виновных, чем осудить одного невиновного

Фото: zanmedia.kz


Председатель Верховного суда Жакип Асанов поставил себя на место простых людей и посмотрел на суд их глазами. С его слов, так суды выглядят со стороны - «Суды сажают всех подряд и мало оправдывают», «Судьи идут на поводу силовиков», «Штампуют санкции на аресты». Он собирается победить эти стереотипы. Вот самые важные выдержки из его речи.


"До конца этого года мы ожидаем принятие ряда законов, которые освободят судей от дел и материалов, не имеющих отношения к правосудию. Цель - качественный прорыв к правосудию. На итоговых совещаниях мы все время говорим о задачах, о планах, а потом начинаем хвалиться о том, что сделали. Но мы все это выдаем с ракурса судейского виденья. Наши разговоры не всегда всем понятны, они больше понятны профессионалам. Поэтому, когда в обществе слушают наши разговоры, в обществе говорят, что это все слова и эти слова ничего не меняют. Поэтому мы проведем это совещание по-другому. Не будем говорить о том, что делали за истекшее время. (...) Я всегда говорил, что для того, чтобы грамотно управлять судейским коллективом, нужно иметь аналитический ум, современное мышление, менеджером должен быть".


"Сегодня мы поставим себя на место простых людей и посмотрим на суд с их угла зрения, зададим себе их неудобные вопросы и попробуем на них ответить. Например, в обществе такие мнения преобладают, что судьями становятся по блату или за деньги, судьи идут на поводу у силовиков, суды ставят интересы госорганов выше интересов человека и бизнеса. Эти мнения не надуманны, они долгое время у всех на устах. Многие не верят, что такая ситуация может измениться. Вопросов к судам очень много и никакого регламента не хватит, чтобы на все ответить. Поэтому мы выбрали самые острые: «Суды сажают всех подряд и мало оправдывают», «Судьи идут на поводу силовиков», «Штампуют санкции на аресты». Вот такое мнение присутствует в нашем обществе. Давайте посмотрим на статистику".


"За полгода были оправданы 152 человека, при этом два года назад было оправдано 28 человек. Рост почти в шесть раз. Причем это по преступлениям средней тяжести. В 2017 году по тяжким преступлениям было оправдано 11 человек, в этом году – 88. По особо тяжким в 2017 году судьи оправдали одного человека, в этом году - 13".


"Эти цифры говорят о том, что обвинительный тренд ломается и мы стали ближе к правосудию. Лучше оправдать 10 виновных, чем осудить одного невиновного. Есть еще другая позитивная тенденция помимо оправдательных приговоров. Совсем недавно суды осуждали к лишению свободы каждого второго подсудимого (50-60 процентов подсудимых), сейчас не более 25 процентов. То есть репрессивность снижается существенно. В мировом индексе тюремного населения мы поднялись на 13 пунктов – это 95 место, а 23 года назад мы были в мире на третьем месте. Почему число заключенных у нас так резко сократилось? Во-первых, происходит гораздо меньше особо тяжких преступлений против личности. Во-вторых, суды изменили практику назначений меры наказания и сейчас больше дают наказаний, не лишая свободы".


"В этом году на период следствия арестованы 7 903 человека. Два года назад было 12 тысяч. Судьи чаще отказывают следователям и прокурорам. То, что мы меньше на 33 процента заключаем под стражу, это не заслуга судей, это прокуроры стали меньше просить, прокуроры сами отказывают следователям. Удовлетворено в два раза больше жалоб на сотрудников правоохранительных органов".


"Может ли сказать председатель верховного суда, что суды избавились от обвинительного уклона? Нет. Обвинительный уклон сохраняется, что нужно сделать, чтобы избавиться от обвинительного уклона? Очень много нужно сделать, но я скажу лишь одну меру – обеспечить реальное равенство обвинения и защиты в судебном процессе, но вы скажете, всегда же так говорили. Говорили, но реальная ситуация – она другая. Самой действенной мерой в этом случае будет решение, на которое мы могли пойти поэтапно в ближайшее время. Речь о том, что обвинение и защита передают судье свои итоговые документы одномоментно. То есть, прокурор отдает обвинительный акт, адвокаты отдают акт защиты одновременно. А сегодня что делается? Прокурор отдает обвинительный акт, а адвокат ничего не делает. Вот тогда мы уверенны, будет настоящий состязательный процесс".


"Почему судье вредно читать до начала процесса материалы дела, представленные обвинением? Согласитесь, судья, читая уголовное дело подпадает под сильное воздействие. С головой погружается в хронику преступления еще до процесса. В его сознании уже созрела парадигма, автор которой следователь. Судья на уровне подсознания уже убежден: обвиняемый – преступник, он виновен и должен быть осужден. Мы должны беречь эмоции судьи, чтобы он был беспристрастен. Уверен, не то, что дело, ему нельзя даже читать прессу и комментарии о нем".


"Недавно мы отменили очень шумное дело, по которому даже была нота иностранного государства в адрес нашей страны. Мы вот здесь на уровне Верховного суда это дело отменили и указали, что судьи допустили грубое нарушение. А там была попытка рейдерского захвата бизнеса и, к сожалению, наши алматинские судьи такое решение приняли на всех инстанциях. Так вот, о чем я говорю, когда мы здесь рассматривали, когда я внес представление сколько было статей в СМИ, которые осуждали позицию Верховного суда. Но хорошо, мы не приняли во внимание доводы этих статей, заказных статей. Поэтому за рубежом судьям запрещают читать прессу. Они берегут эмоции (судей). Он (судья) должен пойти на процесс абсолютно беспристрастным. Свои доводы прокурор и адвокат должны давать судье по чайной ложке на самом процессе. Именно в ходе разбирательства на столе судьи и должно собираться это дело".


"Не секрет, прокуроры на процессе нередко пассивны. Бывает, приходят неподготовленными. Я же работал прокурором. Меня в молодости ловили и говорили: «Иди на процесс». Я говорил: «Я же не готов, я же не знаю». «На ходу прочитай там, все равно дело у судьи. Судья ответит за судьбу этого дела». Вот такая у нас у всех позиция, как будто судья – продолжение правоохранительной системы. Адвокаты тоже не всегда качественно готовятся к процессу, прикрывают перед клиентом свою лень и некомпетентность, ссылаясь на предрешенность дела. В основном, говорят адвокаты, когда они готовятся, говорить нечего. Они клиенту говорят: «Знаете, этот судья не любит, чтобы я много говорил, иначе мы можем себе осложнить ситуацию». Судье тоже, как и любому человеку, тоже лень читать целые тома. Ему легче поверить напечатанной бумаге следователя да и сроки подгоняют. Роль прокурора, адвокат и судьи видно по АВФ – аудио-видео фиксации, которые установлены во всех залах. Все это вместе, коллеги, факторы обвинительного уклона".


"Недавно мы проводили заседание международного совета. К нам приезжал коллега, судья Верховного суда Эстонии. Они в Эстонии вот эту модель, о которой я говорю, ввели в 2004 году. Я у них спросил: «Вы не жалеете? У вас нет желания вернуться обратно к тому процессу?». «Нет». Многие коллеги, судьи Верховного суда слушали его выступление. Нам надо поехать, посмотреть, как это работает".


"Кстати, нам всем - и прокурорам, и судьям очень важны навыки риторики. Мы с прошлого года ведем такие занятия, потому что мы разговариваем. Потому что каждый судья - во-первых, прокурор должен уметь говорить на процессе - а судья после того, как примет свое решение, он должен уметь разъяснить убедительно, что стороны не пошли дальше вышестоящих органов искать правду в других местах. А многие из нас говорить не могут. Умеем читать выдержки из кодексов, не излагая это нормальным человеческим языком".


"Меня попросили назвать три самые критичные проблемы судебной системы. Я ответил так: первая – судейские кадры, вторая – судейские кадры и третья – судейские кадры. Так что же мы сделали, чтобы поднять качество кадров? Тут два направления, если мы каждый год увольняли по 6-7 судей, то только за эти полгода уже 20. Каждый год против судей возбуждали одно-два уголовных дела, то за это полугодие мы возбудили уже восемь уголовных дел. Сейчас запускаем новую систему оценки судей, она начнет выявлять слабых. В этом году ее пройдут 434 судьи, и мы должны создать такую обстановку, чтобы слабые быстро выходили. Меня все время спрашивают: «Почему долгие годы не наказываем судей, разве вы не видите, люди недовольны абсурдными решениями некоторых судей?». Всем приходится объяснять, что не так просто наказать судью, это сложная, долгая и многоэтапная процедура. Основная причина, почему судей не наказывали в том, что вышестоящие инстанции, когда меняли или вовсе отменяли судебные акты нижестоящих судов, не указывали, что какой-то судья нарушил закон. Мы прикрываем судей нижестоящих судов и тем самым сами провоцируем такую ситуацию. А это единственное основание, чтобы привлечь судью к ответственности. Теперь принципиально будем указывать даже судей Верховного суда. Неприкасаемых нет. Вот уже два дела указаны, что судьями верховного суда допущены нарушения. Хочу сразу предупредить, что никто не собирается устраивать гонения за незначительные ошибки".