Монологи пожилых. Рассказываем вам, как живут в доме ветеранов в Алматы


Первого октября во всем мире отмечают день пожилых людей. Корреспондент HOLA News посетил алматинский дом ветеранов №4 и пообщался с бабушками и дедушками. Они рассказали о том, как жили во время Второй мировой войны, как оказались в Алматы и что говорят их дети, которые их навещают.


Прасковья Мефодьевна, 89 лет


"У меня камень на сердце, война же была. Она началась, когда я семь классов окончила. Тогда я жила в селе. Во время войны немцы забирали по двое детей с каждой семьи. Представляете, по двое детей! Они над ними издевались, девчонок насиловали, убивали людей. Но со мной ничего не случилось. Я сирота с пяти лет, родители умерли в 1933 году во время Голодомора, поэтому к немцам меня повела тетя, у которой я жила.
Мы немцев называли фрицами. Со мной фрицы ничего не сделали, я осталась жива. Как-то в аэропорту я собирала мусор. Гляжу наверх, а там самолет, где написано СССР. Солдаты сразу нас, детей в тыл направили. Так я и осталась в живых.
Не буду врать и хвастаться, что я ученая. Я по специальности фрезеровщик. Когда приехала в Казахстан, меня сразу взяли работать. А то, как оказалась в Казахстане не помню. Годы прошли уже, но я ничего не помню", - говорит 89-летняя Прасковья Мефодьевна.



"Я не помню как попала сюда (в дом ветеранов - ред.). Но я ни о чем не жалею. Так все шло и сюда привело. Недавно я здесь упала, потом голова сильно болела. После этого очнулась в другой комнате. А в старой у меня были грамоты, фотографии, игрушки. Жалко, конечно! Где мои вещи, интересно…
Я завидую молоденьким. Живите, любите родителей! Я имена своих родителей только помню, а их лица - нет. У меня есть сын, но он меня не навещает, а я и не обижаюсь. У него своя семья. Если он придет, у меня денег нет. А ведь надо же ему денежку дать. Я же мать", - добавляет она.


Николай Григорьевич, 82 года


"Я родился в Украине. До ста мне не хватает 18 лет. В 16 лет, когда была война, меня отправили в Донбасс. Но я сбежал оттуда на поезде и нищенствовал. Вы представляете себе, когда тебя кругом едят вши? Вот, такое и повидал. Но я знал, что не один. У меня была мама и она помогла мне.
Через некоторое время Хрущев позвал работать на целину. И я тут как тут, комсомолец бывший. Ну все, я и приехал. А за мной и братья последовали. В Казахстане живу с 1954 года. Проработал на военном заводе 15 лет.
У меня есть две дочки. Одна умерла, другая работает воспитателем в детском саду. Они у меня очень умные были. Раньше меня приглашали в школу и спрашивали: "Николай Григорьевич, поделитесь, как вы воспитали таких умных детей?". Я был председателем родительского комитета от начала до конца. И до чего я дожил! Вот, попал к психологам", - говорит другой пенсионер Николай Григорьевич.



"Это внучка и внук. Внучка в Канаду вроде уехала. Раньше она приезжала сюда и вела мероприятия с инвалидами. Она умная. Но почему меня бросила я не знаю".


Валентина Константиновна, 93 года


"Я из Беларуси. Первые бомбы полетели на нас. У меня нет родных, все погибли во время войны. Когда война закончилась, я уехала на Донбасс. Там работала на шахте. Моя работа заключалась в том, что мне привозили уголь, высыпали, а я должна была поднять все лифтом наверх. Поработала там, потом уехала к себе на родину. Остановилась в Минске.
В поезде познакомилась с девушкой, она предложила поехать вместе с ней в Осиповичи. Так мы и уехали их Минска. В Осиповичах я работала на стройке. Мы тогда с мужиками наравне таскали и кирпичи, и цемент. 
В 1956 году я уехала в Казахстан, в Караганду. Мне было всего 22 года, так что я казахстанка. У меня нет национализма. В каждой нации есть плохие люди. Так же как и в семье: один ребенок хороший, а другой вор, третий бандит.
Устроилась стрелочницей на железной дороге. Как-то ребята чудо-машинисты приехали в Караганду и говорят мне "Что ты мерзнешь здесь, поехали к нам в Алматы!". Так и приехала в Алматы и работала на втором вокзале. Но позже меня выгнали из-за того, что на меня наговорили. Я была очень обижена. Директор, узнав правду о том, что я не виновна, позвал меня обратно. Но я не вернулась, ведь меня изначально не послушали. А я старая партизанка, никогда зря ничего не скажу. После того, как уволилась, работала расклейщицей афиш, потом десять лет была кухонной рабочей в вагонном ресторане. Я всю жизнь чернорабочей была", - рассказала 93-летняя Валентина Константиновна.



"Сюда (в дом ветеранов - ред.) я пришла в 2013 году, нужда заставила. У меня никого не было: муж умер, ребенок будучи младенцем тоже. Я жила на Ташкентской, в то время проспект Сталина. Мы работали вместе с одной женщиной. Она была бухгалтером. И каким-то образом я ей доверилась и подарила свою квартиру. Сюда я пришла 15 ноября, скоро будет шесть лет, как я здесь. Все хорошо, куда денешься? Тут вон лежат те, у кого есть дети. Это не то, что наше поколение раньше. Сейчас молодежь, видите какая - старики не нужны, больные не нужны. Мы уходим, но как говорится от бога никуда не уйдешь".


Александра Григорьевна, 93 года


"Я родилась в Алтайском крае, сейчас мне 93 года. Раньше еще лучше выглядела, сейчас просто приболела немного.
Когда началась война, мне было 13, и в это время все дети уже работали. Всех подростков отправляли на бригаду, я была в тракторной бригаде. Мы работали всю войну. Сейчас говорят: "мы работали, как могли", а мы в то время работали, как надо. После войны мать отправила меня в ФЗО, там я и вышла замуж и потом приехала в Алматы. 20 лет работала санитаркой на железнодорожной больнице, которая была на Абая-Масанчи", - говорит Валентина Константиновна.




"В этом доме я живу уже 14-15 лет. Сюда пришла сразу после того, как похоронила мужа. У нас не было своей квартиры. Сначала я часто выходила погулять, сейчас сложно, болею. Но этим летом с друзьями получилось выйти в парк 28 панфиловцев и в парк Горького.
Жизнь сейчас совсем другая пошла. Раньше казахи вообще не оставляли родителей. Не дай бог! А сейчас дети приедут сюда и забирают пенсию. "А вам что делать с пенсией? Вас кормят четыре раза" говорят они. Но о том, как их кормят они не спрашивают. Так делают и казахи, и русские, все".